Теория и практика экзистенциальной психологии: Краткая история


Теория и практика экзистенциальной психологии. Краткая история

Говорить, о том, что такое экзистенциальная психология и психотерапия всегда очень сложно. Дать же четкое определение также проблематично; однако это никоим образом не преуменьшает ценность этого направления в психологии и философии.

Даже наиболее профессиональный и опытный психолог, пожалуй, надолго задумается, прежде чем дать однозначный ответ на такой вопрос, ведь сложность определения происходит уже из самого понятия — что есть «экзистенциализм»? Таким образом, и мы убедимся в этом в дальнейшем – экзистенциальная психология будет иметь несколько определений, во многом зависящих от самого психотерапевта и стиля его работы. Но, дорогие друзья, обо всем по порядку.

Для начала, сделаю важную, очень важную оговорку: несмотря на то, что психология сама по себе достаточно близка к философии, экзистенциальное направление выделяется здесь особенно – в сущности, оно построено на философии и философских же понятиях, таких как «жизнь» и «смерть», «смысл» и «одиночество». И несмотря на то, что эти слова и понятия кажутся нам знакомыми, в экзистенциализме они приобретают абсолютно новый смысл, а вернее сказать, смыслы.

В начале 20-го века в философии господствовали методологизм и гносеологизм, направление которые во многом являлись академической «надстройкой» над философией 19 века и античной традиции. Циркуляция идей и унификация знания сказывалась на манере «философствования», и многие пытливые умы чувствовали себя некомфортно в подобных условиях. Именно поэтому на смену «назад к Платону!», появляется новый лозунг: «назад к вещам!», означающий возвращение к онтологии, или к учению о бытии.

Собственно говоря, «бытие» и есть ключевой момент экзистенциальной философии, ведь экзистенциализм хочет понять бытие как нечто непосредственное и преодолеть интеллектуализм как традиционной рационалистической философии, так и науки. Следуя экзистенциализму, бытие вовсе не эмпирическая реальность и не рациональная конструкция, определяемая научным мышлением, ни «умопостигаемая сущность» идеалистической философии. Бытие должно и может быть постигнуто интуитивно!

Это бытие в экзистенциальной философии и означается словом «экзистенция», которое значит, прежде всего, уникальное и непосредственно переживаемое человеческое существование. Это существование уникально, неповторимо, феноменально и не похоже ни на кого и ни на что.

Идеи, подобные этим выражались в труда многих мыслителей и до 20 века. Их имена сегодня хорошо известны публике: это философы Ницше, Шопенгауэр и Кьеркегор, писатели Достоевский, Кафка, Толстой… Как видим, экзистенциальные идеи высказывались нередко в литературной форме, и это – еще одна отличительная черта этого направления от других, когда философия не просто служит для «умозаключений», но и движет персонажами книг и самим сюжетом, наполняя тех же «Братьев Карамазовых» глубоким экзистенциальным смыслом.

Жан-Поль Сартр

Жан-Поль Сартр

В 20 веке, об экзистенциальной философии, как о сложившемся течении заговорили после работ Мартина Хайдеггера и Карла Ясперса; после Второй мировой появились такие громкие имена как Жан-Поль Сартр или Альберт Камю, чьи романы «Тошнота» и «Чума» соответственно, до сих пор одни из наиболее читаемых романов в мире. Значит ли это, что «проблемы» экзистенциализма живы? Да, потому что экзистенциализм и есть человек и его жизнь. А что может быть более актуально для нас, чем наше собственное существование? Какими бы мы не рождались, когда бы не жили – мы все переживаем свое собственное бытие, и философия экзистенциализма – это философия всего человеческого.

В психологию экзистенциализм проник благодаря усилиям вышеупомянутого Карла Ясперса – немецкого психолога и философа, который во многих работах («Общая психопатология» (1919), «Смысл и назначение истории»(1949)) старался пересмотреть существующую методологию и подходы к психиатрии, однако по-настоящему это удалось скромному швейцарскому врачу Людвигу Бинсвангеру. Именно он впервые, под влиянием работ Ясперса и Хайдеггера решается перенести экзистенциальную парадигму в психологическое русло. Результатом стала работа 1924 года – «Экзистенциальный анализ». В то время, стоит отметить, восходил к вершине популярности З.Фрейд, а также другие его ученики, например К.Г.Юнг. Раскол среди психоаналитиков уже произошел, но авторитет Фрейда был по-прежнему велик, его влияние ощущалось в буквально каждой

Людвиг Бинсвангер

Людвиг Бинсвангер

психоаналитической работе того времени. И вот, Бинсвангер отказывается от Фрейдовской модели анализа, отказывается от того, что существует нечто, управляющее человеком или создающим его жизнь (будь то влечения, архетипы, устремление к власти). Он наоборот говорит об уникальности конкретного бытия: «экзистенциальный анализ не предлагает онтологического тезиса о фундаментальном условии, определяющем существование, но заявляет о существующем, то есть сообщает фактические данные, касающиеся реально обнаруживающихся форм и конфигураций экзистенции». За витиеватой формулировкой скрывается настоящий «прорыв»: человек становится не вместилищем механизмов психической активности, не биологическим носителем определенного «начала» — сексуальности, влечений к смерти, жизни и т.д., а чем-то большим – целостностью, которая не поддается сомнению и уникальным существованием, только исходя из которого можно верно понять проблему и симптом пациента, а значит, и исцелить его. Но стоит заметить, что должной популярности работа не обрела, и многие психиатры и психологи даже не слышали о ней, хотя Бинсвангер сделал очень многое для понимания и переосмысления проблем психологии и психопатологии.

Другим ученым, который совмещал экзистенциальную философию и психотерапию, становится другой швейцарец Мерард Босс, который, сперва, мечтал стать художником, однако, послушался отца, и этой мечте не суждено было осуществиться. Он проходил психоанализ у Фрейда (за анализ Боссу приходилось рассчитываться деньгами, предназначенными на еду, поэтому Фрейду пришлось часть денег Боссу возвращать, чтобы тот не умер с голоду), посещал семинары Юнга, но, по-настоящему его увлекли идеи Бинсвангера и Хайдеггера. С последним он познакомился после Второй мировой войны, и почти сразу же издает несколько важных работ: «Значение и содержание сексуальных перверзий» (1949), «Введение в психосоматическую медицину» (1954), «Анализ сновидений» (1953), «Психоанализ и Dasein анализ» (1957). Эти работы заложили основу нового направления экзистенциальной терапии — дазайн-анализ (dasein-анализ), который был близок к анализу Бинсвангера, но в большей степени опирался на некоторые фрейдовские концепции, хотя главным образом был полностью противоположен ему. Босс понимал под «dasein» метафорическое «нечто высвечивающее», «освящающее», то, что выводит вещи «на свет». Метафора света и высвечивания определяет понимание в дазайн-анализе таких вещей как психопатология, психологическая защита, терапия. Психологическая защита по Боссу это «невысвечивание» отдельных аспектов жизни, а психопатологическая проблема подобна выбору жизни в темноте. Терапия возвращает людей к их базовой светлости и открытости.

Несмотря на эти попытки, экзистенциальная психология и терапия оставались на периферии психологической науки: по-прежнему господствовали психоанализ и бихевиоризм. Но в какой-то момент, критическая масса сомнений и противоречий достигла своего предела, и появляется «третья сила» — гуманистическая психология, обобщающая сегодня опыт как экзистенциального, так и гештальт- , и феноменологического направлений.

Среди экзистенциалистов у ее истоков стояло сразу несколько людей, которые разрабатывали свои теории в едином ключе, хотя и с определенными отличиями. Ими были австрийский психиатр, психолог Виктор Франкл, переживший ужас нацистского концлагеря, а также американские психологи Ролло Мэй и Джеймс Бьюдженталь. Несколько позже свой вклад в развитие экзистенциальной терапии внес Альфрид Лэнгле, со своей собственной концепцией экзистенциального анализа.

Виктор Франкл

Виктор Франкл

Виктор Франкл создал уникальную экзистенциальную «логотерапию» — метод анализа, ориентированный на поиск смысла в жизни человека. Естественно, что смысл, как и человек – уникальны и сугубо индивидуальны, и психотерапевтический метод Франкла помогает находить смысл (смыслы) во всех проявлениях жизни, даже самых трагических, тем самым создавая стимул к продолжению жизни и переосмысливая собственную жизнь. Главная работа Франкла «Человек в поисках смысла» (1959), до сих пор одна из наиболее читаемых работ по экзистенциальной психотерапии. Франкл писал: «Будучи молодым человеком, я прошел через ад отчаяния, преодолевая очевидную бессмысленность жизни, через крайний нигилизм. Со временем я сумел выработать у себя иммунитет против нигилизма. Таким образом, я создал логотерапию».

В рамках логотерапии начинал работу и другой известный аналитик Альфрид Лэнгле. Он говорит о о собственном экзистенциальном анализе, как об отдельном психотерапевтическом методе, который, в отличие от логотерапии Франкла, рассматривается именно как самостоятельная терапия, а не просто как дополнение к традиционной психотерапии. Споры на счет того, кто же из них прав, и чей метод первичен, ведутся до сих пор, что впрочем, не уменьшает ценность каждой из этих практик и теорий.

Действительно значимой фигурой для развития экзистенциализма как альтернативного направления в терапии и психиатрии стал широко известный шотландец Рональд Лэйнг, один из основателей движения антипсихиатрии. Он рассматривал поведение каждого пациента как выражение личной свободы и отражение опыта или внутренней реальности, а не симптомы заболевания. В конце — концов, он вообще сомневался в тех психиатрических критериях, отделяющие психическое здоровье от психического расстройства, которые пытается установить академическая психиатрия.

Сейчас же, напрямую перейдем к формированию «последней», если можно так выразиться, экзистенциальной волны, которая наиболее известна и применяема сегодня. Если читатель обратил внимание, до этого, мы сплошь и рядом говорили скорее о аналитическо-экзистенциальном подходе. Психологический анализ – будь он направленный на поиск смысла, или выяснение собственной экзистенции, «дазайна» и т.д. – это один из методов, и в экзистенциальной среде, как и среди других психологических направлений, со временем стали развиваться другие методы терапии, — возможно, несколько более «практичные» и доступные для широкой массы клиентов. Это и было возникновение современной экзистенциальной психотерапии.

Ролло Мэй

Ролло Мэй

Ролло Мэй писал: «Для бытия другого человека нет таких понятий, как истина и реальность без его участия в них, сознавания их и наличия какого-либо отношения к ним. В любой момент психотерапевтической работы можно продемонстрировать, что только истина, которая ожила, стала больше чем просто абстрактной идеей, которая «чувствуется на кончиках пальцев», только такая истина, которая подлинно переживается на всех уровнях бытия, включая то, что мы называем подсознательным и бессознательным и не забывая об элементах сознательного принятия решения и ответственности, – только такая истина имеет возможность изменить человеческое бытие». Собственно, он первый попытался собрать воедино весь накопленный экзистенциальный материал и свести его единую теоретическую и практическую базу, особенно акцентируя внимание на таких, казалось бы, известных нам понятиях как любовь, воля, смерть, тревога, ненависть, добро и т.д. Характерно, что и Мэй, и многие другие психологи-экзистенциалисты, в отличии от многих фрейдистов, никогда не будут преуменьшать вклад противоположного (если так можно выразится) лагеря: так, размышляя о тревоге, Мэй заметил, что «Фрейд писал на техническом уровне, здесь его гений превзошел всех; возможно, больше, чем все люди его времени, он знал о тревоге. Кьеркегор – гений другого порядка, – писал на экзистенциальном, онтологическом уровне; он знал тревогу». Ключевое понятие, которое разграничивает фрейдистов и экзистенциалистов: «знать о чем-то» и «знать что-то».

Ролло Мэй проторил дорогу вперед, но он был не единственным. Весомый вклад был сделан Джеймсом Бьюдженталем, который является одним из наиболее известных представителей экзистенциально-гуманистической психотерапии. Основной акцент в своих работах, в том числе главной, «Искусство психотерапевта», он делает на уникальности и целостности жизни, объясняя этот психотерапевтический феномен через понятие «субъективности»: «Мы, люди западной культуры, только теперь начинаем понимать первостепенное значение нашей субъективности. Однако жизнеизменяющая психотерапия занимается именно субъективностью пациента, что и составляет ее самое главное отличие от других видов психотерапии. Это требует неусыпного внимания к внутреннему миру переживаний пациента и понимания того, что самым главным «инструментом» этого внимания является собственная субъективность психотерапевта».

Ирвин Ялом

Ирвин Ялом

Ну и, конечно же, несколько слов о моем, не побоюсь этого слова, учителе – Ирвине Яломе. Ялом относится еще к той старой школе, которая сегодня, к сожалению, уже уходит. Кто придет на их место – и достойны ли будут их последователи – зависит только от нас, молодых психологов, но я уверен, что при таких наставниках, как Ялом или Мэй, мы сможем стать не хуже, а может в чем-то и лучше наших старших коллег и авторитетов. Главная заслуга Ирвина Ялома, это актуализация проблемы «смерти», а также выделение четырех экзистенциальных данностей: смерти, одиночества, бессмысленности и свободы: «Когда я наблюдаю пациентов в групповой терапии, я руководствуюсь межличностным подходом и полагаю, что пациенты впадают в отчаяние из-за своей неспособности развивать и поддерживать такие отношения с другими людьми, которые приносили бы им радость. Однако когда я действую в рамках экзистенциальной терапии, то руководствуюсь совершенно иным предположением: пациенты пребывают в подавленном состоянии из-за столкновения с жесткими факторами человеческой природы — «данностями» существования».

«Экзистенциальная психотерапия – пишет Ялом, и это является, на мой взгляд, наиболее полной и точной формулировкой данного направления — это динамический терапевтический подход, фокусирующийся на проблемах существования индивидуума». Таким образом, он подводит будто черту, стараясь объединить теории и концепты своих предшественников в единую систему.

Хотелось бы отметить еще одну особенность, на мой взгляд, определяющую как и огромный плюс, так и некоторый минус экзистенциальной психологии и терапии: это ее персонализированность. Фактически каждый психолог, работающий в этом направлении, сам изобретает собственную терапию и теорию, сам расставляет акценты и суждения, сам творит свою личную философию и творческий стиль работы. Экзистенциализм более чем другие направления располагают к этому, и не зря Бьюдженталь говорил о том, что психотерапия – не работа, а искусство. С моей точки зрения – это прекрасно, но с точки зрения академической психологии – это всегда проблематично, ведь без опоры на четкие догматические представления, подобное направление довольно сложно «внедрить» в научный дискурс. Но об этом речь пойдет несколько позже…

Таким образом, надеюсь, я сумел в очень краткой, сжатой форме пересказать основные вехи развития экзистенциальной психологии и психотерапии. Мне, естественно понятно, что одним эссе невозможно ограничится и дать всеобъемлющую характеристику, но это и не входило в мои планы, я и не претендую в конкретном случае на это. Куда важнее мне было показать столетний путь экзистенциальной философии и психологии навстречу друг-другу, а также освятить рад важных вопросов, связанных с ними, и дать общее представление, о том, что такое экзистенциализм и в чем сохраняется его феномен: что в 20, что в 21 веке.

Автор Дмитрий Лобачев

Продолжение статьи Соотношение человека и экзистенции: как это работает?

Теория и практика экзистенциальной психологии. Причина невроза и экзистенциальные данности

Помогите проекту - поделитесь статьей в соц.сетях! Спасибо! 🙂
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Читайте также

Оставьте комментарий